5 любимых книг редакции SCAPP

Книга собака

Пользуясь служебным положением, очередной книжный четверг, который мы проводим вместе с сетью магазинов «Читай-город», SCAPP посвятил своим любимым произведениям. Что читают сотрудники интернет-журнала о Сочи? Если честно, мы сами удивились, узнав о литературных предпочтениях друг друга. Впрочем, немного поразмыслив, все встало на свои места: босс тяготеет к монументальным произведениям, самый пишущий человек — главный редактор — находит отдушину в макулатуре, а на полке fashion-редактора почетное место занимают вовсе не мемуары гранд-дам от моды, а история о первом искусственном разуме по версии чехов. У кого что болит…

 

«Атлант расправил плечи»

  • Айн Рэнд

atlant

Роман Кузнецов

Роман Кузнецов, руководитель SCAPP

Речь здесь вовсе не о литературной ценности произведения: на мой взгляд, герои предсказуемы, слог — не самый сильный. Ценность книги — в идее! Рассуждения о том, что разумный эгоизм — это благо, уже заслуживает уважения. Но Айн Рэнд пошла дальше: любой труд, любые усилия, любые проекты должны быть вознаграждены, — именно эта мысль огненной нитью прошла через все повествование. Такая философия мне близка, поэтому три тома я буквально проглотил.

Падения, предательства, нечестность близких — «Атлант» показывает, как можно и даже нужно проходить все эти факапы в жизни, а потому невероятно воодушевляет на новые свершения. Рекомендую всем, кто хоть на секунду утратил оптимизм и волю. Работайте. Работайте много. Не сдавайтесь! И все будет так, как должно быть. Именно об этом и написала наша бывшая соотечественница Айн Рэнд.

 

«Макулатура»

  • Чарльз Буковски

bukovskiy

Илья Михеев

Илья Михеев, главный редактор SCAPP

«Макулатура» — абсолютно черная, прямая, пост-модернистская книга, высмеивающая бульварные детективы, эпоху pulp-журналов и литературные штампы масскульта. А еще это последняя работа Чарльза Буковски, которую он закончил незадолго до своей смерти. Эти два фактора играют ключевую роль в сюжете, стиле повествования, шутках и, в целом, в не самой простой атмосфере, в которую ты попадаешь с первого диалога. Юмор за гранью, много алкоголя, никакого высокого слога, проникновенных разговоров и запредельный цинизм — все это про лучшую книгу в стиле «грязный реализм», в которой Леди Смерть нанимает детектива-неудачника Ника Белейна, чтобы найти воскресшего Луи-Фердинанда Селина в то время, как инопланетяне захватывают планету Земля.

Абсурд, возведенный в квадрат, граничит здесь с иронией, убойными шутками, рассуждением о смерти и ощущением, что ты все это уже где-то читал — в тех самых дешевых детективах за 40 рублей, про авторов которых Чарльз Буковски высказался в самом начале книги: «У них только одна проблема. Они просто не умеют писать. Ни один из них.

 

«Голем»

  • Густав Майринк

gustav

Юлианна Романовская

Юлианна Романовская, fashion-редактор SCAPP

Я очень люблю модернизм. Все, что связано с сюрреализмом, футуризмом, кубизмом, вызывает во мне дикий интерес. Увлекшись творчеством Альфонса Мухи, чешского модерниста, я страстно начала изучать культуру Чехии. Именно в этот период я открыла для себя популярного в легендах Старой Праги персонажа по имени «Голем». Целую книгу ему и посвятил Густав Майринк.

Голем — глиняный человек, оживленный оккультистами с помощью тайных знаний. По сути, первый искусственный разум, рожденный людьми. Если вспомнить, что в Ветхом Завете Адама тоже создавали из глины, получится мифологическая рекурсия. Она-то и легла в основу книги Майринка. Художественный мистицизм увлекает, но он — не главное: сверхъестественное лишь усиливает калейдоскоп событий, героями которых становятся абсолютно порочные люди. Острейшая и даже болезненная реакция безымянного рассказчика передается в лучших традициях Достоевского.

Переводчик Давид Выгодский, на мой взгляд, проделал просто колоссальную работу. Когда кажется, что больше ни одно произведение в мире не сможет стать для вас откровением, читайте «Голем» Густава Майринка. Вы будете жалеть, что книги имеют свойство заканчиваться.

 

«Мясо Eating Animals»

  • Джонатан Сафран Фоер

eating

Алина Журичева

Алина Журичева, редактор SCAPP

Я прочитала все три книги Фоера, переведенные на русский язык, после рекомендации моего учителя литературы в университете. Над историей мальчика, у которого погиб отец во время взрыва 11 сентября («Жутко громко и запредельно близко»), рыдали все, кому в руки попадала эта книга. До сих пор в голове не укладывается, как ему удалось придумать такую трогательную и захватывающую сюжетную линию, чтобы описать один из самых масштабных терактов в истории. Но, несмотря на все достоинства этого произведения, моя любимая книга — все-таки «Мясо», написанная в жанре документальной прозы, что является некой отсылкой к моей профессиональной деятельности.

Eating Animals (оригинальное название книги) — пример того, как стоит принимать те или иные решения. Задавшись вопросом «употреблять в пищу мясо или все-таки отказаться», Фоер отправляется прямо на птицефабрику, скотобойню и другие промышленные предприятия, чтобы увидеть все собственными глазами и пообщаться с работниками этой сферы. «Мясо» — очень серьезная журналистская работа, охватывающая все аспекты промышленного животноводства: от условий труда до загрязнения окружающей среды и генетических заболеваний у животных, которых мы едим.

Здесь стоить отметить, что я далеко не вегетарианка, категоричные отказы от чего-либо — это совсем не мое, но примерно на второй странице я уже перестала покупать любые мясные изделия. Правда эффект продлился всего пару месяцев. Наверное, стоит перечитать.

 

«Человек в высоком замке»

  • Филип Киндред Дик

chelovec

Роман Дементьев

Роман Дементьев, кинообозреватель SCAPP

«Человек в высоком замке» — это роман-обманка. Подлог скрывается еще в жанровой самоидентификации. Научная фантастика, антиутопия, альтернативная история — не более чем инструменты для создания удивительной многослойности. В глубину роман куда больше, чем вширь. Книгой легко разочароваться, ожидая от нее детально проработанной версии мира, в котором Вторую мировую войну выиграли страны «оси». Но это не путеводитель, но открытое окно! Все эти зарисовки из жизни оккупированной Америки кажутся почти невесомыми, но за ними скрыта невыносимая атмосфера тоски и разочарования. Это плач по несбывшимся мечтам.

Ко всему этому, Филип Киндред Дик разрывает в клочья суждения о вариативности реальностей, совершая это за несколько десятков лет до творения уже сестер Вачовски. Все сюжетные линии (от торговца антиквариатом Чилдена до японского торгового атташе Тагоми) лишь по касательной задевают друг друга, но вокруг этих точек прикосновения и строится каждый личностный конфликт. С внутренней борьбой, собственным экзистенциальным кризисом столкнется каждый герой, а заключительным для романа станет момент перелома, перерождения. Ощущение грустной, но интригующей недосказанности — какой еще могла выйти книга, написанная с помощью гадания на «И Цзин».

Добавить комментарий