Каштаны и Дубравный

Зафиксируем определяющие черты современной местности: с одной стороны — богатейший на разнообразную субтропическую растительность и местами вечнозелёный лес, с другой стороны — промышленное прошлое, давшее базовую инфраструктуру сёлам. Подробней о зарождении дендропарка и пробковой промышленности можно прочитать в нашем материале, основанном на общении с семьёй тех, кто стоял у истоков зарождения пробкового промысла. Там много занимательных фактов и историй о природе леса Дубравного, Каштанов и Кудепсты.

Трансформация в современность

К сожалению, пробковая промышленность не пережила распад СССР. С 90‑х годов эти поселения обеднели людьми, ведь и работы не стало. Чуть позже, в основном, здесь проживало старшее поколение, которое своё уже отработало и вышло на заслуженную пенсию, ну или участки использовали как дачи для временного проживания городские жители. Но всё изменилось… с приходом Олимпиады 2014! Уже неловко говорить эту фразу, но что поделать, если это событие изменило в Сочи абсолютно всё. Олимпиада спровоцировала приезд в Сочи множества специалистов и строителей, которые за время временного пребывания в городе успели в него влюбиться и осознать, что они хотят перевезти семью и жить на постоянной основе.

Недвижимость в Сочи в период с 2008 (начало олимпийской стройки) и до 2016–2017 года не была копеечной, но продолжала держаться на адекватном для большинства работающих россиян уровне. Кто хотел жить у моря — покупали квартиры в городе, но был процент тех, кого прельщала размеренная сельская жизнь. Такие люди начали заряжать в сочинские сёла, в Дубравный и Каштаны в том числе, новый виток жизни, который продолжается по сей день. Новопоселенцы скупали дачные участки и начинали на них стройки личных домов. Чуть позже активность людей к покупке земель в предгорьях подхлестнули застройщики, которые начали скупать крупные участки и строить на них коттеджные комплексы под ключ, продавая готовые дома, как правило, в стиле хай-тек. И это важная деталь.

Например, приехав в посёлки Красная Поляна или Эсто-Садок, преимущественное большинство домов частного сектора будет создано под «шале» или что-то подобное. Так люди через дизайн своего имущества соотносят себя к обществу, в котором они находятся. Так исторически сложилось, что в Поляне и Садке с 90‑х и 2000‑х этот общий стиль — это шале. Нужно признать, что этот облик крайне уместен в горной местности, сочетание деревянных шале и гор — это классическая альпийская атмосфера. А в сочинских предгорьях за последние 10–15 лет таким массовым архитектурным стилем стал хай-тек: холодный, квадратный, аскетичный. На мой взгляд, этот стиль не соотносится с местностью, не вливается в природный ландшафт предгорий. Эта массовая архитектура не подчёркивает рельеф, не пытается стать его продолжением, а как будто нарушает гармонию, эгоистично перетягивая на себя внимание с природы на человеческое вмешательство.

Потому, с моим обывательским мнением, самые простые дома в сёлах и посёлках, созданные людьми с ограниченным бюджетом, но вкусом и желанием сделать уютно при своих возможностях, притягивают взгляд больше, чем дорогие и модные хай-тек застройки. Не потому что они некрасивые или плохие по своей сути, а потому что в сочинских сёлах и посёлках в предгорьях я куда больше ценю простоту, а не тренды.

Олег Грановский: Каштаны глазами жителя

В формате неформального интервью я пообщался с Олегом Грановским, владельцем мебельного бренда GRANOVSKIY. Он самостоятельно обучился моделированию мебели, вдохновившись скандинавским и японским стилем, и уже девять лет воплощает в реальность сложнейшие конструктивы и уникальные дизайны, создавая мебель для частных и общественных пространств, сотрудничает с топовыми дизайнерами по всей России. Наш разговор с Олегом построен в контексте истории человека, который осознанно переехал в Каштаны и глубоко вникнул в суть жизни сельского Сочи.

— Расскажи, как ты вообще попал в Сочи, в Каштаны?

— В 2014 году мы с женой (бывшей) жили в Воронеже и рассматривали вариант переезда в Сочи. Мы прилетели, нас встретил друг, и по пути из аэропорта в Сочи мы заехали в дом его знакомого в Каштанах. Уже тогда нам очень понравилось это место, понравился дом, село и, конечно, виды, которые там открываются. Но на тот момент человек не продавал этот дом. Через пару лет он позвонил, говорит, что продаёт дом. Это было такое яркое событие. Мы решили, что нужно брать.

— А что послужило ключевым решением в выборе именно Каштанов, а не вариантов в других местах Сочи?

— Вид, который открывается на Кавказский хребет. Посёлок, по сути, делится на две части — Нижний и Верхний (село Дубравный). Их разделяет хребет (гора Овсяникова). Нижний больше повёрнут к морю, а Верхний чётко расположен параллельно Кавказскому хребту. Слева направо идут горы, заканчивающиеся Абхазскими вершинами. Это влюбило нас моментально.

— Какие локации в Каштанах для тебя считаются значимыми, которые тебе очень нравятся?

— Во-первых, снизу Каштанов протекает река Кудепста, там есть один изгиб, на котором образовалась естественная плотина. Появилась заводь, довольно редко встречающаяся на таких речках. Глубина этой заводи достигает метра три. Люди оборудовали это место для пикников, есть классная тарзанка, большие камни, просто очень живописно, люблю туда ходить.

Во-вторых, в конце Каштанов есть грунтовая дорога, ведущая к селу Красная Воля. По пути этой дороги есть заброшенный дом с ровной полянкой и большим деревом. Редкая вещь для горных сёл. Под этим деревом от жары спасаются лошади. Было круто, когда в тумане на этом лугу паслись коровы и те же лошади. Это суперживописно, каждый раз вспоминал фильмы Тарковского.

В-третьих, от посёлка можно тропами пройти к руинам древней греческой церкви, она находится на хребте Сахарная Головка. Сильное место с богатой историей.

— Скажи, пожалуйста, понимаю, что это вкусовщина, но интересно твоё мнение: не кажется ли тебе, что стиль хай-тек, который преобладает в «новой» архитектуре сёл и стал визитной карточкой конкретно Каштанов, будто бы неуместен для данной местности, что архитектура не сочетается с местным рельефом и такая массовая застройка может сыграть против нас в будущем в контексте визуала посёлков?

— Ну слушай, даже если говорить только о Каштанах, уже говорить о едином стиле не приходится. Ведь изначально это был типичный колхоз под выращивание табака и чая, потом это всё отдали под дачи. C 2010-го и до нашего времени пришли разного рода застройщики и началась «большая стройка». Я думаю, что многие люди, приехавшие откуда-то из холодных регионов, подсмотрели в журналах фотографии современных домов с плоской крышей и решили сделать так же уже здесь. Я думаю, тренд на хай-тек пошёл именно от этого. Касательно вкусовщины, да, это вкусовщина. Я не думаю, что «шале» — это верх стиля и он максимально органичный. Это просто привычный взгляд на горное село, которое пришло к нам из Европы. Во всём Сочи, в том числе и городском, вообще об архитектурном стиле не идёт и речи. А то, что в Поляне более-менее выдержано в одном «шале», это скорее исключение для этой местности.

— Что из развития сельской местности Сочи не хватает тебе как жителю Каштанов, как бы ты обрисовал будущее сёл в идеальной картине?

— Я надеюсь, что придут большие перемены. Не только в сёлах, но и во всём Сочи. Это очень перспективный, очень уникальный для России регион. Но нет никакой общей идеи, нет никакого общего регулирования. Всё разрознено. В Каштанах та инфраструктура, что приносит людям пользу, как правило, это частная инициатива, вроде открытия «Магнита» или «Пятёрочки», или люди сами скидываются и прокладывают дороги к своим домам. Стратегической воли или муниципальной работы очень мало, в лучшем случае, дай бог, поддерживается старая советская дорога.

О развитии. Например, какие-то работы в культурном плане, вроде культурных центров или краеведческих музеев, раскрывающих историю и ценность места. Нужно от чего-то отталкиваться, вокруг какой-то идеи организовывать сообщество, потому что без сообщества это просто сборище людей, которые зачастую живут рядом и не здороваются. Буквально живут через забор и не здороваются! Это не фигура речи. Я это наблюдаю. Было бы здорово обратиться к истории, к корням, и к советскому прошлому, и к царскому прошлому, и вообще к прошлому, до прихода России сюда. Главная проблема — нет общей идеи и посыла. Это очень важная работа.

Нужно реанимировать точки посещения природы. Нацпарк должен не просто вывесить табличку, что «это территория национального парка», и QR-код, куда нужно отправить 250 рублей. Так быть не должно, необходимы оборудованные тропы, удобная среда.

Но не хотел бы заканчивать на грустной ноте, всё равно в Каштанах очень классно. Для меня прелесть Каштанов заключена в природных деталях, например, мой участок расположен за хребтом (хребет Овсяникова), который, во-первых, напрочь отбивает городской шум, а во-вторых, летом обеденное солнце находится за этой горой, из-за чего температура значительно комфортнее, чем на побережье Сочи. Также на моём участке растёт чай, который мне достался вместе с домом. Когда-то на этой территории, ещё до постройки дома, была чайная плантация, в небольшой форме сохранившаяся до наших дней. Я не стал его выкорчёвывать, как это сегодня принято для облагораживания участка, а сохранил как дань истории…

Наталья Захарова: взгляд архитектора и сочинского визионера

Также у меня состоялся продуктивный диалог с Натальей Захаровой, известным на юге архитектором, соосновательницей Городской гостиной Сочи и бывшим председателем сочинской городской организации Союза архитекторов России. Наталья не живёт на постоянной основе в Каштанах, но вдумчиво изучает контекст сочинских сёл и на профессиональном уровне подсказывает городу, в каком направлении стоит развиваться предгорным районам, чтобы они были комфортными для жизни и туризма.

— Как ваша жизнь оказалось связанной с Каштанами?

— У меня там дача с 2005 года. Я купила участок в СНТ «Эпрон», это самое начало села Каштаны. До покупки я вообще не знала о существовании этого села, но так получилось, что попала туда, и мне очень понравилось место. Мне понравилась связка с Хостой, несмотря на то, что это Адлерский район, и для меня это, кстати, проблема, но об этом позже. В 2005 году я купила участок, и мне повезло — до олимпийского безумия успела не только купить, но и сделать небольшую реконструкцию дома в 2006-м. Получается, уже около 20 лет у меня тесная связь с Каштанами. У меня там дача, летний домик для друзей. Многие приезжают и отдыхают именно там. Был период, когда я жила в Каштанах и ездила в Хосту — такой опыт у меня тоже есть.

— 2005-й и 2026-й, разница в 21 год. Какие были ощущения и вид села тогда? Что кардинально поменялось к сегодняшнему дню?

— В момент покупки, в начале двухтысячных, это было достаточно закрытое от чужого вторжения, истинно сочинское село. Там жили местные. Иногородних номеров практически не встречалось. Многие говорили, что это казачье село, и население действительно было преимущественно русским. За двадцатилетие, конечно, приехало много иногородних, и пришёл девелоперский бизнес в виде строительства коттеджных «посёлков». Условно говоря, потому что это не посёлки в общем понимании, а просто плотно застроенные фрагменты. Но в Каштанах это проявилось в меньшей степени, чем в соседней Красной Воле, например. Там есть сильные точки притяжения — Белые скалы, ферма «Волино», они притягивают туристов и горожан. Каштаны пока не настолько туристически притягательны.

— Может, это и хорошо?

— Да, я не говорю, что плохо, это просто факт. Единственное, что есть — это храм. Он интересный, хотя освящение в честь Николая Второго — решение спорное. Но сейчас он действует, и, если вначале там долго не было регулярных служб и настоятеля, то теперь он становится объектом культуры на селе, потому что свой Дом культуры село потеряло. Если говорить об истории, там был колхоз, чайные плантации, много чего выращивали. В центре стоял старый деревянный клуб, и в какой-то момент он совсем пришёл в негодность. А потом пошли веяния частной собственности, кто-то прихватил участок, и сейчас на его месте, наверное, «Магнит».

— Коттеджные комплексы и частное современное строительство доминирует в стиле хай-тек. Что стоит за этим трендом?

— Предпосылок много. Начнём с того, что сочинская архитектура, даже модерн начала XX века, — это рациональный модерн в духе венского Сецессиона, не парижского Ар-нуво с его изгибами. Архитекторы, вдумчиво подходившие к проектированию в Сочи, подсознательно или осознанно делали архитектуру, соподчинённую природе. Она не должна была перекрикивать природу. Рациональный модерн, модернизм и хай-тек — это развитие одного стилевого направления в архитектуре. Я бы не сказала, что сам по себе стиль плох. Вопрос в том, как он применяется. Ушла связка между архитектурой и природой.

Я вижу, как грамотно это делается, например, в Австралии. Там тоже используют рациональный стиль, но он завязан на взаимодействии с природой: много озеленённых террас, зелёных стен, которые помогают растворять архитектуру, роднить её с ландшафтом. У нас же сложность в том, что проектировать может кто угодно. Нет ограничений, что только местные архитекторы работают. Приходит застройщик со своим проектом, и эту связку с природой никто не прорабатывает. Иногородние архитекторы отличаются от сочинских тем, что у них есть желание выровнять участок. Местные проектируют с учётом рельефа, террасируют, разумно подходят к склону, сажают дом на рельеф. А приезжие, как правило, стараются сделать участок ровным, под свою привычную картинку. Это неумение работать с нашей спецификой. Проблема не в стиле, а в качестве проектирования, в неумении вписать объект в окружающую среду. Допускаю, что архитекторы, проектирующие такие дома, даже ни разу не выезжали на место.

— Я правильно понимаю, что если подождать 20 лет и те черенки, что высаживают в садиках, вырастут, то гармония возобновится?

— Посмотрите на Цветной бульвар. Вы видели начало его строительства. Прошло 50 лет — сейчас эти неказистые домики утопают в зелени. Но будет ли такое же поглощение в Каштанах? В Цветном бульваре проектировали по нормам, оставляли достаточно места для озеленения. Поэтому зелень выросла, и мы получили уютный район. А в новых посёлках участки очень маленькие. Там практически негде сажать крупные деревья. Получится ли поглощение? Сложно сказать. Многое зависит от хозяев. Будут ли они озеленять террасы, или, наоборот, бороться с любой зеленью, заливая всё бетоном, лишь бы не было мусора. Посмотрим.

— Спасибо. Тогда давай заглянем в будущее. Когда-то это были дачные участки, потом совхоз, потом 90-е, работы не было, люди стягивались к побережью. Потом Олимпиада, движуха, в эти райончики потянулись новоприезжие, началась застройка. Какая тенденция ждёт в будущем? К чему мы стремимся?

— Я могу рассказать своё видение, опираясь на работу над генеральным планом, пока я была членом Градсовета и взаимодействовала с разработчиками. Я считаю, что один из идеальнейших вариантов — это постепенный переход населения с прибрежной зоны в предгорье. Во-первых, это более комфортно по климату. На побережье летом слишком жарко, а в предгорье прохладнее, лучше живётся. Многие сочинцы, кстати, на море и не бывают, они чаще летом в горах или купаются в речке, особенно в августе. Мы больше пользуемся предгорьем.

Что удерживает нас на побережье? Конечно, социальная сфера и работа. Раньше рабочие места давали совхозы. Сейчас по стране идёт тренд на сохранение сельхозземель, а применительно к Сочи — на возрождение субтропического земледелия, и наш губернатор это поддерживает. Одно из достижений генплана — что посчитаны все чаепригодные плантации и наложен запрет на перевод этих сельхозземель под застройку. Я знаю, что есть мнение других градостроителей: мол, развивать сельское хозяйство дорого, проще привозить продукты, а землю пустить под жильё, раз есть спрос. Я не согласна. Город должен сам себя обеспечивать. Всё это возможно при грамотном выстраивании взаимодействия сельских территорий и города.

Может прийти и креативный бизнес, творчество. Но чего не хватает? Мест приложения труда и качественной жизни. Не все готовы жить в собственном доме в чистом поле. Я вижу грамотное развитие сёл по пути европейских мини-городов. Нужна именно дозированная осмысленная урбанизация. В центре сёл вполне может появиться малоэтажная многоквартирная застройка, этажа три-четыре, с первым этажом под общественные функции — студии, кафе, кофейни, студии, общественные пространства. Возможность аренды, когда ты живёшь наверху, а внизу у тебя бизнес.

Важно убрать маятниковую миграцию, когда люди вынуждены ездить на работу в Хосту, Адлер или Сочи. Вопрос появления рабочих мест в посёлке — ключевой. Сейчас сложность в том, что это развитие отдано на откуп бизнесу. Администрация ждёт инвестора с идеями и просто сопровождает их. Здесь нужно очень грамотное, вдумчивое управление, чтобы не было перекосов. Вон, построили рядом с «Магнитом» блок ларьков — там сейчас в основном пункты выдачи. Кто-то пытался открыть кафешку, но не потянул аренду — она там как на побережье. Бизнес преследует свои интересы. Тут важна быть роль администрации, а не бизнеса.

— То, что вы говорите о создании из сёл микрогородков с автономией — это ваши фантазии или город к этому осознанно идёт?

— Я бы назвала это не фантазией, а гипотезами развития. Город пока это не осознаёт, таких тенденций нет. Там создан ТОС (территориальное общественное самоуправление), но удалось ли вам с ним пообщаться? Мы, когда исследовали, знакомились с председателем. И батюшка в храме интересный, Богдан, по-моему. Он тоже вдумчиво подходит к формированию вокруг храма культурного центра. Но город пока не занимается стратегией развития селитебных территорий. Вроде бы и хотелось бы, понимая специфику застройки микрорайонов в центре или на Гагарина. При разработке генплана тема реновации центра была очень болезненной, но её предпочли заглушить, а не задуматься о будущем. А это всё равно нужно. Пока для людей переезд в село будет восприниматься как обесценивание, ссылка. Необходимо сначала создать в сёлах такую жизнь, чтобы люди захотели осознанно бросить побережье и переехать туда. Это сложный процесс, и пока администрация в таких категориях не мыслит. Хотя сёла потихоньку просыпаются сами. Красная Воля, Верхнеениколаевское достаточно активны. Они создают парки, получают гранты, строят сцены, проводят мероприятия. Краснополянский посёлок активно развивается. Но администрация, к сожалению, пока не мыслит в парадигме развития этих территорий.

Ещё важно проработать вопрос административного деления. В советское время районы формировали по принципу «санаторный» или «сельскохозяйственный». Хоста и Центр — это курортные зоны, а в Лазаревский и Адлерский районы ссылали всю «сельхозку». Вот Каштаны и оказались в Адлере, потому что там был совхоз. Всё логично для тех лет, но территориально чтобы попасть в Каштаны, ты едешь через Хосту — это кусок Адлерского района, отрезанный от основного массива. И по всем социальным связям он давно уже Хоста: потому что все дети из Каштанов учатся в Хосте, туда ходят школьные автобусы, там школы, там магазины, там жизнь. А по документам ты — адлерский.

Я, например, живу в Центральном районе, и когда покупала участок в Каштанах, мне пришлось мотаться в Адлер — все документы, купля-продажа, согласования только там. Это жутко неудобно, и между прочим, это ещё и добавляет транспорту: люди едут через полгорода, чтобы просто попасть в администрацию. Я ещё на градостроительных советах говорила: систему пора пересматривать. То, что сложилось в советские годы, не работает в сегодняшнем Сочи. Если мы говорим про будущее города, про осознанное управление такой сложной территорией, как Большой Сочи, то вот это — один из первых шагов: привести границы к реальной жизни.

— Что должно произойти, чтобы администрация сказала: «О, а давайте от моря уходить в предгорье»?

— Должно появиться понимание будущего. Проблема в том, что мыслят пятилетним циклом: пришёл новый мэр на пять лет — какие задачи у него стоят? Но если смотреть на генплан, там заложены зоны под будущее развитие, зарезервированы участки под детские сады и общественные центры. Значит, нужен приход стратегически мыслящих людей. Мы пока можем только выкладывать свои мысли, формируя общественную волю.

Надежда на возрождение интереса к этническому земледелию в генплане заложена через создание центров агротуризма. Примеры уже есть: ферма «Волино», «Экзархо». Кто-то ещё появится. Но это и вопрос к жителям Каштанов: чего они сами хотят? Ждать чуда или объединяться?

— Тезисно уточню ваши основные главные мысли. Ваше видение: во-первых, возрождение сельского хозяйства, пусть и не в советских масштабах, но как видимая часть жизни. Во-вторых, создание автономных микрогородков со своей инфраструктурой, которая даст людям и работу, и возможности для отдыха: парки, кофейни, небольшие заведения, мастерские, точки притяжения.

— Да — эмоциональные точки. И ещё, знаете, можно добавить национальную историю. Это может быть хорошим туристическим направлением. Показать и дать попробовать быт, продажу сувениров с национальным колоритом, национальная музыка и ремесла. Это вполне можно развивать в сёлах. Для горожан это может быть хорошей темой на выходные: приехать в Каштаны на фестиваль национальной кухни. Может, кому-то стоит начать эту историю.

Pa Pa Power

Последние 15 лет вид сёл и посёлков обретает новые ценности: культурные, архитектурные, предпринимательские, человеческие. В новом столетии предгорные посёлки — не обособленные от городской жизни районы, а его часть, хоть и невидимая. Теперь здесь в массах живут не пенсионеры с садиком и огородиком, а «новые сочинцы», связанные с приморским Сочи ежедневными поездками, просто выбравшие жизнь не в квартирах, а в домах у леса. Однако есть ещё одна притягательная сторона таких удалённых от основного города мест — предпринимательство. Яркими представителями бизнеса, базирующегося в Каштанах, являются обжарщики кофе Pa Pa Power.

Всё началось с сети кофеен «Забыли Сахар» родом из Санкт-Петербурга, основанной Кириллом Гордеевым и Ильёй Резником. В какой-то момент они поняли, что их не всегда устраивало зерно, предоставляемое сторонними поставщиками, да и банально закупаться со стороны не так выгодно, как хотелось бы. Так зародилась идея создать своё кофейное обжарочное производство. На тот момент Илья проживал в Сочи, и было принято решение создавать обжарку здесь же, в целях расширения бренда в сторону юга страны. Около полугода они искали помещение во всех окрестностях Сочи, но что-то душа ни к чему не ложилась.

В очередной вылазке по осмотру вариантов размещения обжарки в 2018 году Илья попал в посёлок Каштаны, и всё срослось — понравилось как и дом (позже переоборудованный под технический цех), так и месторасположение, влюбляющее своими видами на горы высотой выше 2000 метров. Несмотря на изобилие топового кофейного оборудования, основатели называют свою обжарку крафтовой и ручной, так как процесс так или иначе завязан на ручном труде и автоматизация используется минимально. Так получается честный, созданный с любовью и вниманием продукт, что обязательно почувствует и оценит конечный потребитель.

Там же, в Каштанах, у Pa Pa Power находятся сады для выращивания плодовых культур и ягод, используемых в создании авторских десертов для кофеен. Каждый год вручную собирается щедрый урожай хурмы, инжира, фейхоа, малины, азимины (вспоминаем тезис о том, что склоны в посёлке Каштаны с необычно богатой почвой). Помимо десертов, команда варит сиропы для кофе и других авторских напитков. Летом команда Pa Pa Power планирует открытие в Красной Поляне первой кофейни сети «Забыли Сахар», там же можно будет воочию попробовать десерты и напитки, за появлением которых частично стоит посёлок Каштаны!